Роман, которого не было
Колин (Редмейн), молодой и амбициозный парень из провинции, насмотревшись фильмов Хичкока и Уэллса, решает посвятить свою жизнь кинематографу. Он отправляется в Лондон, чтобы пробиться на работу к не нуждающемуся в представлении Лоуренсу Оливье (Брэна). Тот задумал новый проект с дивой, до сих пор сохраняющей культовый статус, а 57-м имевшей звание божества. В Хитроу приземляется самолет, из которого, скромно озираясь, публике является блондинка из Лос-Анджелеса с пухлыми губками и прочими прелестями (Мишель, свет наш, Уильямс). «Это она! Это Мэрилин! » — вопит толпа. Божество спускается на землю, и под милыми кудряшками Оливье не обнаруживает ни грамма таланта. «У меня все по Станиславскому! » — оправдывается блондинка, на что старая акула яростно брызгает слюной. Чопорная атмосфера Англии не только не вправляет мозги девушке, но делает обстановку еще хуже: замужняя Мэрилин пускается во все тяжкие и после короткого знакомства пленяет недотепу-Колина. Вместе они посетят королевский дворец, поиграют в куклы, поотбиваются от надоедливых поклонников, а в качестве бонуса искупаются голышом в речке. Оба прошлогодних британских байопика про великих женщин — «Железная леди» и «Моя неделя с Мэрилин» — страдали от одной и той же болезни: в главных ролях — актеры А-класса, почва для создания фильма — благоприятнее некуда, но сюжетная канва шита такими нитками, что, того и гляди, разъедется. Из 99 минут хронометража ровно половину занимают выходы непонятно откуда взявшихся сэров и леди, шепчущихся и поливающих грязью талант богини. Это, простите, фильм о Мэрилин Монро, или нет?! Те редкие по-настоящему восхитительные появления в кадре Уильямс — луч света в темном царстве. Честное слово, ее Мэрилин смотрелась бы куда лучше в другом фильме с другим фактом из скандальной жизни, благо что материала хватит хоть на полсотни байопиков. Уильямс, как и ее героиня, явно не на своем месте — в ее глазах читается непередаваемое отчаяние. Не меньшее отчаяние у Брэны, который (чистое совпадение) своим портфолию соответствует Оливье чуть менее, чем полностью. Так что же это? Комедия без единой смешной шутки? Фиглярство? Драма о том, как столкнулись распущенная Америка и сдержанная Англия? Ответить очень сложно, но сопротивляться слащавости «Моей недели» невозможно. Одна лишь радостно хохочущая (с редкими перерывами на поглощение в опасных дозах таблеток) Уильямс на себе вытянула полуторачасовое нудное зрелище. Это ли не признак таланта, который так яростно внушали Мэрилин?